Право на процесуальну рівність (рішення КС Киргизстану)

Анотація

Перевод осуществлен с государственного на официальный язык

ИМЕНЕМ КЫРГЫЗСКОЙ РЕСПУБЛИКИ

РЕШЕНИЕ

КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА

КЫРГЫЗСКОЙ РЕСПУБЛИКИ

по делу о проверке конституционности части 4 статьи 397 Уголовнопроцессуального кодекса Кыргызской Республики в связи с обращением Эгетаева Нурбека Тойболотовича, Жорокулова Максатбека Мергенбаевича в интересах Турдубаева Алымжан Султановича 21 сентября 2022 года город Бишкек Конституционный суд Кыргызской Республики в составе:

председательствующего Осконбаева Э.Ж., судей Бобукеевой М.Р., Д уйшеева К.А., Жумабаева Л.П., Касымалиева М.Ш., Кыдырбаева К.Дж., Шаршеналиева Ж.А. при секретаре Кененсариевой Н.А., с участием: обращающейся стороны – Жорокулов а Максатбека Мергенбаевича представителя Турдубаева Алымжан Султановича по доверенности;

стороны-ответчика – Арзиева Мирбека Исамаматовича и Мамбетаитова Таалайбека Жумагуловича, предста вителей Жогорку Кенеша Кыргызск ой Республики по доверенности; третьих лиц – Ишекеевой Гульзаа ды Назаркуловны, представителя Президента и Кабинета Министров Кыргызской Республики по доверенности,

Искакова Эркина Бакбуровича, пре дставителя Верховного суда Кырг ызской Республики по доверенности, Кон кубаевой Умуткан Ургазиевны, представителя Генеральной прокуратуры Кыргызской Республики по доверенности, Мамытканова Шеримку ла Замирбековича, представител я Министерства юстиции Кыргызской Республики, руководствуясь частями 1 и 2 статьи 97 Конституции Кыргызской Республики, статьями 4, 17, 40, 45 конституционного Закона Кырг ызской Республики «О Конституционном суде Кыргызской Республики», рассмотрел в открытом судебном заседании дело о проверке конституционности части 4 статьи 397 Уголовно-процессуального кодекса Кыргызской Республики.

Поводом к рассмотрению данного дела явилось обращение Эгетаева Н.Т., Жорокулова М.М. в интересах Турдубаева А.С. Основанием к рассмотрению данно го дела явилась обнаружившаяся неопределённость в вопросе о том, соответствует ли Конституции Кыргызской Республики часть 4 статьи 397 Уг оловно-процессуального кодекса Кыргызской Республики.

Заслушав информацию судьи-докладчика Жумабаева Л.П., проводившего подготовку дела к суд ебному заседанию, и, исследов ав материалы дела, Конституционный суд Кыргызской Республики УСТАНОВИЛ: В Конституционный суд Кыргызской Республики 5 апреля 2022 года поступило ходатайство Эгетаева Н. Т., Жорокулова М.М., представл яющих интересы Турдубаева А.С. по доверенности, о признании противоре чащей части 4 статьи 397 Уголовно-проц ессуального кодекса Кыргызской Республики (далее – УПК) части 2 статьи 24, части 1 статьи 61, части 3 статьи 100 Конституции Кыргызской Республики.

Определением коллегии судей Конс титуционного суда Кыргызской Республики от 30 апреля 2022 года данное обращение было принято к производству. В судебном заседании обращающаяся сторона поддержала свои требования и отметила следующее.

9 января 2022 года на 15 километр е дороги Ош-Исфана Маматкадиро в И.И., управляя автомобилем марки “ВАЗ-2106”, из-за водителя Нажимидинова К.Н., управлявшего автомобилем марки “Мерседес Бенц 914” попал в дорожно-транспортное происшествие. В результате Маматка диров И.И и пассажирка того же автомобиля Алымжан кызы Азиза погибли на месте происшествия.

В связи с чем, Ноокатским районным отделом внутренних дел материалы были зарегистрированы в едином реестре преступлений п о признакам преступления, предусмотренного частью 3 статьи 312 Уг оловного кодекса, а законным представителем погибшей Алымжан кызы Азизы признан её отец Турдубаев А.С.

По данному делу 22 февраля 2022 года Ноокатский районный суд, рассмотрев ходатайство о применении меры пресечения в виде закл ючения под стражу в отношении Нажимидинова К.Н., обвиняемого в соверше нии преступления, предусмотренного ч астью 3 статьи 312 Уголовного к одекса, отказал в его удовлетворении.

Не согласившись с этим, законный представитель пострадавшей, обратился в Ноокатский районный суд, суд указав, что в соответствии с частью 4 статьи 397 УПК право обжалования постановления следственного судьи принадлежит подозреваемому, обв иняемому, их адвокатам, прокурор у, а также лицам, на имущество которых наложен арест, а пострадавший не вправе обжаловать, отклонил заявление.

По мнению заявителя, оспариваемая норма УПК противоречит части 2 статьи 24, части 1 статьи 61, части 3 статьи 100 Конституции Кы ргызской Республики предусматривающим, чт о в Кыргызской Республике все р авны

перед законом и судом, каждому гарантируется судебная защита ег о прав и свобод, предусмотренных Конститу цией, законами, международными договорами, участницей которых является Кыргызская Республика, общепризнанными принципами и нормами международного права, судопроизводство осуществляется на основе равноправия и состяза тельности сторон.

Как отмечает заявитель, оспарива емая норма УПК, ограничивая пра во пострадавшего на обжалование пос тановления следственного судьи в апелляционном порядке, отменяет равноправие и состязательность сторон судопроизводства.. Для восстановления в уголовном процессе прав стороны следователь, осуществляющий от имени Кыргызской Республики производство по делу, после уста новления каких-либо обстоятельс тв, определяет статус “пострадавшего” . При этом объем прав пострада вшего не должен быть меньше объема прав обвиняемого, и только тогда реал изуется равенство прав сторон в уголовном судопроизводстве.

Кроме этого, как отмечает субъек т обращения, данное право указа но в статье 14 Международного пакта о гражданских и политических пра вах “все люди равны перед судом и трибуналом”. Государства-участники ука занного Пакта, в том числе Кыргызская Республика обязались обеспечить реализацию данной нормы.

Турдубаев А.С. отмечает, что одним из основных прав человека является конституционное право на судебную защиту. При этом оспариваемая норма, ограничивая право потерпевшего на обжалование решения следствен ного судьи в вышестоящий суд, лишает его право на судебную защиту.

Продолжая приводить доводы к своим требованиям, заявитель приве л правовые позиции Конституционной палаты Верховного суда Кыргызс кой Республики, содержащиеся в ряде её решений. В соответствии с решением от 31 октября 2014 года, «возможность рассмотрения дела вышестоящим су дом является действенной гарант ией права на судебную защиту», согласно решениям от 31 октября 2014 года и 9

декабря 2015 года «право на рассмотрение дела в вышестоящем суде является производным от права на судебную защиту», согласно решению от 4 апреля 2018 года, «право на обжалование судебных решений исходит из су щности международно-правовых актов, закрепляющих гарантии прав личност и в сфере судопроизводства и пункта 3 части 5 статьи 20 Конституции Кыргызской Республики, предоставл яющей каждому право на рассмот рение дела вышестоящим судом. Это право является составной частью пра ва на судебную защиту и имеет абсолютный характер, не может быть ограничено ни по сфере применения ни по иным об стоятельствам, поскольку незак онный, необоснованный или несправедливый судебный акт не может служить средством судебной защиты». Согласно решению от 11 сентября 201 9 года,

«право на судебную защиту предполагает защиту прав и законных и нтересов гражданина не только от произвола органов законодательной и исполнительной власти, но и от о шибочных решений суда. Вместе с т е м действенной гарантией такой защи т ы я в л я е т с я с а м а в о з м о ж н о с т ь рассмотрения дела вышестоящим су дом, которая должна быть обеспе чена государством в той или иной форме с учетом особенностей каждого судопроизводства”.

По мнению М.М. Жорокулова, рассматриваемый вопрос непосредственно связан со случа ями изменения, отмены и продлени я срока меры пресечения. На основании вышеизложенных доводо в, заявитель просил признать оспариваемую норму неконституционной.

Представитель ответчика Арзиев М.И. не согласен с доводами заявителя и считает, что оспариваемая норма не противоречит Конституции Кыргызской Республики по следующим основаниям. В части 2 статьи 397 УПК указан ы субъекты, имеющие право на обжалование решения суда, в числе которых есть потерпевший и его адвокат.

А в части 4 указанной статьи пра во на обжалование постановления следственного судьи не предоставлено ни потерпевшему, ни его адвокату.

Следственный судья – это исполнитель самостоятельной функции судебной власти, направленной на немедленное восстановление нар ушенных прав и законных интересов личности. При этом оспариваемая норма непосредственно не оказывает отрицательного влияния на потерпевшего и его представителя. Поэ тому в части 4 статьи 397 УПК право на обжалование предоставляется тол ько субъектам, права и законные интересы которых могут быть непосре дственно нарушены.

По мнению Арзиева М.И., предоставление всем участникам судебног о процесса права на обжалование всех следственных действий или су дебных решений окажет отрицательное вл ияние на ход следствия и судебно го процесса и противоречит правовой политике государства.

На основании изложенного Арзиев М.И. просил оставить ходатайств о заявителя без удовлетворения. Второй представитель ответчика Мамбетаитов Т.Ж., поддержал доводы Арзиева М.И. и просил оставить просьбу без удовлетворения.

Представитель Президента и Кабинета Министров Кыргызской Республики Г.Н. Ишекеева выразила следующее мнение по оспаривае мой норме. Согласно пункту 17 части 4 статьи 40 УПК, потерпевший имеет, помимо прочих прав, право на обжалование судебных решений. Частью 5 ст атьи 268 указанного Кодекса предусмотрена возможность потерпевшего и его представителя обжаловать постано вление следственного судьи о на ложении ареста на имущество в порядке процессуального судебного контрол я в досудебном производстве.

Кроме того, в соответствии с пунктом 11 статьи 5 УПК установлено, что мера пресечения – это мера, временно ограничивающая права и свободы лица, применяемая следователем, прок урором, следственным судьей, судо м в отношении обвиняемого. Согласно оспариваемой норме, право на

обжалование постановления следств енного судьи предоставлено, на ряду с иными, и прокурору. Как отметила Ишекеева Г.Н., согласно части 2 статьи 34 УПК, прокурор вправе защищать интересы и потерпевшего. Н а р я д у с э т и м , с л е д с т в е н н ы й с у д ья не решает вопрос - виновен ил и невиновен обвиняемый. Следовательно, судебный контроль, осуществляемый следственным судьей, является самостоятельной функцией судебной власти, направленной на незамедлительное восстановление нарушенных прав и законных интересов лица на стадии досудебного производства.

На основании изложенного Ишекеева Г.Н. выразила мнение о том, ч то часть 4 статьи 397 УПК не противоречит части 3 статьи 24, части 1 статьи 61 и части 3 статьи 100 Конституции Кыргызской Республики. Представитель Верховного суда Кыргызской Республики Искаков Э.Б .

посчитал доводы обращающейся с тороны обоснованными и выразил следующее свое мнение. Как он отмечает, согласно части 3 статьи 390 Уголовнопроцессуального кодекса Кыргызской Республики от 2 февраля 2017 года № 2 0 , п о т е р п е в ш и й и е г о п р е д с т а в и т е л ь и м е л и п р а в о н а о б ж а л о в а н и е постановления следственного судьи в апелляционном порядке.

Частью 5 статьи 100 Конституции Кыргызской Республики установлено, что процессуальные права участников судебного процесса, а также права лиц, чьи права и интересы были затронуты решениями, в том числе прав о на обжалование решений, приговоров, а также порядок их осуществлен ия определяются законом.

Законодатель, исключив из действ ующего УПК право потерпевшего и его представителя на обжалование постановления следственного су дьи в апелляционном порядке, преследов ал цель своевременно и в полном объеме обеспечить защиту прав и свобод человека и гражданина в уголовн ом судопроизводстве, а также исключить излишнего затягивания.

Это связано с тем, задачами уголовного судопроизводства являютс я защита личности, общества и госуд арства от преступлений, защита личности от неправомерного и необоснова нного обвинения и осуждения, огра ничение ее прав и свобод, быстрое и полно е расследование преступлений, разоблачение и привлечение к уголовной ответственности лиц, совершивших преступления, осуществление справе дливого судебного разбиратель ства и правильное применение уголовного закона, незамедлительная и пол ная реабилитация невиновного в случая х неправомерного обвинения или осуждения, возмещение материального ущерба, морального вреда.

Согласно пункту 6 статьи 5 УПК, стороной обвинения признаются прокурор, следователь, руководит ель следственного подразделения , орган дознания, потерпевший, его представитель, законный представитель, частный обвинитель. Поэтому права, свобо ды и законные интересы потерпев шего защищаются и гарантируются прок урором, следователем и другими государственными органами, и их должностными лицами, обладающим и властными полномочиями.

О д н а к о , в м е с т е с э т и м К о н с т и т у ц и я К ы р г ы з с к о й Р е с п у б л и к и гарантирует каждому судебную защ иту его прав и свобод, предусмо тренных Конституцией, законами, международными договорами, участницей к оторых является Кыргызская Республика, общепризнанными принципами и но рмами международного права, а судопрои зводство осуществляется на осно ве равенства и состязательности сторон.

Конституционная гарантия права каждого на судебную защиту соответствует положениям Всеоб щей декларации прав человека, Международного пакта о гражданских и политических правах, согла сно которым государство обязано обеспечить право на справедливую, компетентную, полную и эффективную судебную защиту.

На основании изложенного Искаков Э.Б. выразил мнение о том, что соответствие оспариваемой нормы Конституции Кыргызской Республи ки вызывает сомнение.

Представитель Генеральной прокуратуры Кыргызской Республики по доверенности У.У. Конкубаева, не согласившись с доводами обращающегося, выразила следующее мнение по поводу оспариваемой нормы. Судебный контроль, осуществляемы й следственным судьей, является самостоятельной функцией судебной власти, прежде всего, направл енной на незамедлительное восстановление н арушенных прав и законных инте ресов лица на стадии досудебного производства.

При наличии достаточных основа ний полагать, что обвиняемый скроется от следствия или суда либо может угрожать свидетелю, и ным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательст ва, иным путем воспрепятствовать объективному ведению следствия и разбирательству дела в суде, либо будет продолжа ть заниматься преступной деятел ьностью, а также для обеспечения исполнения приговора следователь, прокуро р, следственный судья и суд в пределах своих полномочий применяют к этому лицу одну из мер пресечения, предусмотренных статьей 104 УПК.

П о м н е н и ю К о н к у б а е в о й У . У . , д о м о м е н т а д о к а з а т е л ь с т в а в и н ы подозреваемого или обвиняемого и оглашения, предоставление потерпевшему права проверки уровня мер защиты, выбранных в отношении, не реш ает сути проблемы, а, наоборот, приводит к возникновению многих вопросов.

После осуждения обвиняемого, принятия обвинительного акта и направления уголовного дела для с удебного рассмотрения уголовно е судопроизводство осуществляется на основе равенства и состязате льности сторон в соответствии с Конституцией Кыргызской Республики и уг оловнопроцессуальным законодательством.

Также в пункте 17 части 4 статьи 40 УПК четко указано, что потерпевший имеет право обжаловать решения суда. В рамках процессуальных действий, предусмотренных УПК, следственный судья осуществляет судебный контроль, который явля ется формой и функцией осуществления с удебной власти и направлен как н а обеспечение защиты прав человека, так и на недопущение их наруш ения. В

связи с этим следственный судья должен указать конкретные обсто ятельства, на основании которых он принял решение, и отразить в своем постановлении мотивы избрания меры пресечения . При избрании меры пресечения п еред следственным судьей стоит задача д а т ь п р а в и л ь н у ю о ц е н к у в о т н о шении подозреваемого.

Соответственно, как отмечает Кон кубаева У.У., оспариваемая норм а отступает от принципа прав челове ка, согласно которому каждый н е может считаться виновным в совершении преступления, пока его вина не будет доказана в предусмотренном законо м порядке и установлена вступи вшим в законную силу приговором суда, ис кажает цель судебного контроля , в результате которых можно прийти к выводу что она приводит к нар ушению прав человека.

Учитывая изложенное, Конкубаева У.У. выразила мнение, что оспариваемая норма не противоречит Конституции Кыргызской Республики. Представитель Министерства юс тиции Кыргызской Республики М а м ы т к а н о в Ш . З . , в ы р а з и в с в о е с огласие с приведенными представи телем Верховного суда Кыргызской Республики Искаковым Э.Б. доводами, он отметил, что оставляет решение по рассматриваемому вопросу на усмотрение Конституционного суда Кыргызской Республики.

Конституционный суд Кыргызской Республики обсудив доводы сторон, выслушав объяснения других сторон, и, исследовав материалы дела и пришел к следующим выводам.

1. В соответствии с частью 4 стат ьи 17 конституционного Закона «О

Конституционном суде Кыргызской Р еспублики» Конституционный суд выносит акты по предмету, затронутому в обращении, лишь в отнош ении той части нормативного правового акта, конституционность которой подвергается сомнению.

Таким образом, предметом рассм отрения Конституционного суда Кыргызской Республики по данному делу является нормативное поло жение части 4 статьи 397 УПК, изложенное в следующей в редакции:

«Статья 397. Право апелляционного обжалования

4. В апелляционном порядке может быть обжаловано постановление

следственного судьи. Право обжалования постановления следственного судьи принадлежит подозреваемому, обв иняемому, их адвокатам, прокурор у, а также лицам, на имущество которых наложен арест.». УПК принят в соответствии с порядком, установленном законодательством Кыргызской Респ у б л и к и и о п у б л и к о в а н в г а з е т е «Эркин Тоо» от 16 ноября 2021 года №122- 123, внесен в Государственный реестр нормативных правовых актов Кыргызской Республики и является действующим актом.

2. Согласно Конституции Кыргызской Республики каждому

гарантируется судебная защита ег о прав и свобод, предусмотренны х Конституцией, законами, международными договорами, участницей к оторых является Кыргызская Республика, общепризнанными принципами и но рмами международного права (часть 1 статьи 61).

Из рассматриваемой конституционной нормы, которая корреспондируется с положениями международно-правовых актов, в частности, статьями 8, 29 Всеобщей декларации прав человека, а также статьями 2 (пункт 2 и подпункт «а» пункта 3), 14 (пункт 1) Межд ународного пакта о гражданских и политических правах, следует, что государство обязано обеспечить осуществление права на справедливую, компетентную, п олную и эффективную судебную защиту.

Право каждого на судебную защиту подразумевает предоставление посредством законодательных мер возможности всякому заинтересов анному лицу обратиться в суд в целях защиты нарушенного или оспариваемого права, или охраняемого законом интереса.

Недопустимость ограничения права на судебную защиту и права на повторное рассмотрение дела вышест оящим судом предполагает, что у л и ц должна быть возможность обращения в суд по любому вопросу, если только

само лицо не откажется от этого права, а также возможность обжа лования состоявшегося судебного акта в вышестоящий суд. Фундаментальные принципы верховенства права, в том числе принципы уголовного судопроизводства кас ательно обжалования процессуальн ых действий/бездействия и решений, р авным образом распространяются и н а стадию досудебного производства по уголовным делам.

В свою очередь, обладание право м на обжалование процессуальных действий/бездействия и решений я вляется важнейше й гарантией, позволяющей гражданам и иным лицам добиваться реализации своих прав и интересов. Особое значение оно приобретает именно в досудебном производстве по уголовным делам, поскольку деятельность уполномоченных должностных лиц на этой стадии в большей степени обусловлена применением мер уголовно-процессуального принуждения, ограничивающих конституционные права и свободы человека.

3 . В о п л о щ е н и е в ж и з н ь г а р а н т и р о в а н н о г о ч а с т ь ю 1 с т а т ь и 6 1 Конституции права на судебную защиту на этапе досудебного произ водства обеспечено путём закрепления в уг оловно-процессуальном законодательстве института следственного судьи, ос уществляющего судебный контроль, в том числе за законностью процессуаль ных действий/бездействия и реше ний уполномоченных должностных лиц (пункт 58 статьи 5, часть 8 статьи 29, часть 2 статьи 31 УПК).

Раскрывая содержание конституционных основ права на судебную з а щ и т у и о б ж а л о в а н и я п о с т а н о в л е н и й с л е д с т в е н н о г о с у д ь и в в ы ш е с тоящих судах, орган конституционного правосудия Кыргызской Республики выразил следующую правовую позицию. Так, в Решении от 17 февраля 2021 года было отмечено, что функционирование у казанного института является ва жной гарантией реализации права кажд ого на защиту от незаконных дейс твий и произвола со стороны правоохранительных органов. Следственный с удья не разрешает вопрос о виновности и ли невиновности обвиняемого.

Соответственно, осущес твляемый им судебный контроль является

самостоятельной функцией судебной власти, направленной, прежде всего, на незамедлительное восстановление н арушенных прав и законных инте ресов личности на стадии досудебного производства. По результатам рассмотрения жало бы следственный судья признает действия/бездействие или решения соответствующего уполномоченно го должностного лица незаконным или необоснованным, отменяет их ил и обязывает устранить допущенное нарушение, либо оставляет жалобу б е з удовлетворения.

В то же время, это вовсе не означает, что отклонения от целевых установок судебного контроля дос удебного производства невозможн ы, поскольку следственный судья также, как и любой другой человек, н е огражден от совершения ошибок. П рирода судебных ошибок обусловл ена не только сложностями выяснения действительности фактических обстоятельств дела, но и сложностью правоприменения. Именно поэтому, Основной Закон требует введения в правовой системе надлежаще функционирующего механизма их исправления и устр анения посредством повторного рассмотрения дела вышестоящим судом.

Конституционная палата Верховного суда Кыргызской Республики в своем Решении от 21 октября 2020 го да отмечала, что установлени е наличия судебной ошибки возможно исключительно посредством пересмотра и оценки судебного акта вышестоящим судебным органом. Именно это обстоятельство является первопричиной функционирования институтов повторного рассмотрения дела вышестоящим судом.

Законодатель, признавая всю зн ачимость этапа досудебного производства для потерпевшей стороны, как участнику уголовного процесса со стороны обвинения, предусмотрел в уголовно-процессуальном законодательстве широкий круг ее процессуальных прав.

Так, в соответствии со старой редакцией УПК (примечание: в реда кции от 2 февраля 2017 года №20), вынесенное следственным судьёй постановление, в апелляционном порядке могли обжаловать подозре ваемый,

обвиняемый, их защитники, потерпе вший, его представитель, а так же прокурор. Таким образом, законодатель, внедрив институт следственного суд ьи и предоставив ему полномочия по осуществлению превентивного и последующего судебного контроля, охватывающего весь объём досуд ебного производства, реализовал конституционную установку об обеспечен ии права каждого на судебную защиту. Пред усмотрев же возможность обжалов ания постановления следственного судьи в апелляционном порядке, вопл отил в жизнь конституционную гарантию о праве каждого на повторное рассмотрение дела вышестоящим су дом, которое является составной частью права на судебную защиту.

Конституционный суд отмечает, что законодатель в процессе реформирования уголовно-процессуал ьного законодательства исключ ил потерпевшего и его адвоката из чи сла субъектов, обладающих прав ом обжалования постановления следс твенного судьи в апелляционном п орядке.

В результате чего действующая ре дакция оспариваемой нормы УПК ( в редакции от 28 октября 2021 года № 129) уже не содержит положени й, предусматривающих право потерпевшего на обжалование постановлен ия следственного судьи. Согласно части 4 статьи 397 УПК такое прав о принадлежит подозреваемому, обв иняемому, их адвокатам, прокурор у, а также лицам, на имущество которых наложен арест, тем самым у потерпевшей стороны остается единственная во зможность обжалования постановл ения следственного судьи через прокурора.

Вместе с тем, прокурор — это должно стное лицо, уполномоченное в пределах своей компетенции осуществлять надзор за соблюдением законов, в ходе которого его позиции могут отличаться от позиции потерпевш ей стороны. На стороне обвинения высту пают участники, представляющ ие как государственный и общественный интерес, так и участники, отстаи вающие интересы частные. Наличие именно этого обстоятельства приводит к

возникновению порой существенных противоречий между интересами данных лиц. Отстаивание своей позиции возмож н о н е т о л ь к о в о т н о ш е н и я х с противоположной стороной, но и в отношениях, возникающих в проц ессе выработки единой позиции по поводу обвинения. В данном случае м ежду потерпевшим и прокурором, выступающим на стороне обвинения, воз никает спор по поводу существа обвинения. В таком случае, потерпевший и вовсе может остаться без возможности о бжалования постановления следст венного судьи в апелляционном порядке.

Кроме того, пунктом 17 части 4 ст атьи 40 УПК предусмотрено прав о потерпевшего обжаловать судебные решения. Тем самым, оспариваем ая норма УПК вступая в противоречие с вышеуказанным положением, ст авит потерпевшую сторону в неравные условия по отношению к другим ст оронам уголовного процесса.

Особо следует подчеркнуть, что законодатель, может идти на уменьшение объёма ранее предоста вленных прав, даже если это не носит ограничительный характер, при наличии не только веских, а конст итуционно значимых оснований. При этом такое решение законодателя должно быть глубоко и тщательно обоснованным, отвечающим принципам разумнос ти, справедливости и соразмерности.

Основополагающим требованием Ос новного Закона к переходу от одной формы правового регулирова н и я к д р у г о й я в л я е т с я н е д о п у с т имость ухудшения положения субъектов пра ва по сравнению с тем, которое и м е л о место до введения в силу нового закона. Этот постулат в условия х постоянно изменяющегося законодательства препятствует произвольному нормотворческому процессу, придавая развитию правовой системы позитивный характер. Благодаря этому принципу, правоотношения в с в о е й основе приобретают стабильность, а правовое положение человека и гражданина - устойчивость, придава я уверенность в справедливост и и гуманности законодательной деятельности государства.

Произвольное уменьшение объема прав со стороны органов государственной власти – это ни что иное как свидетельство надс троечного положения государства над обществом, что неприемлемо с точки зр ения фундаментального принципа Конституции – Народовластия, конституционной установки о том, что только народ Кыргызской Республики является единственным источником государственной власти, что в свою очередь прямо устанавливает соотношение власти Народа и Государ ства (часть 4 статьи 1 Конституции).

4. Конституционный принцип равенств а всех перед законом и судом

(часть 2 статьи 24 Конституции) п роявляется в единстве права, к оторое применяется одинаково ко всем суб ъектам процессуальных правоотн ошений и в общем смысле гарантирует право равного доступа к суду и рав енства состязательных возможностей, а также создает условия, чтобы обр ащение со сторонами в таких разбирательствах было свободным от какой бы то ни было дискриминации. Такая гарантия за прещает также любые различия в отношении доступа к судам, не основанные на законе и не могущие быть оправданными по объективным и разумным основаниям.

Любая дифференциация правового р егулирования, приводящая к различиям в правах и обязанностях субъектов права, должна осуще ствляться законодателем с соблюдением тр ебований Конституции Кыргызской Республики, в том числе вытекающих из принципа равенства, в силу которого различия допустимы, если они объе ктивно оправданы, обоснованы и преследуют конституционно значимые цели, а используемые для дос тижения этих целей правовые средства соразмерны им (Решение Конституцио нной палаты от 11 мая 2016 года).

Субъекты права при равных услови ях должны находиться в равном положении, если же условия не явля ются равными, законодатель вп раве устанавливать для них различный правовой статус. Вышеуказанные конституционные принципы не дискриминации и равенства, применяемые судом при отправлении правосудия, имеют

существенное значение для обеспеч ения гарантии доступа граждан к справедливому суду и принятию им справедливого решения, а равно и поддержанию принципа доверия граждан к государству и закону. Исходя из основополагающего конституционного принципа равенства всех перед законом и судом, Конституция гарантирует каждому осуществление судопроизводства на основе состязательности и рав ноправия сторон (часть 2 статьи 24, часть 3 статьи 100).

Конституционное положение о состя зательности и равноправии стор он рассматривается как предоставление равных прав участникам судеб ного разбирательства, стоящим на прот ивоположных процессуальных пози циях, являющихся сторонами в процессе, позволяет им вести равный спор , обеспечивает их равные правовые возможности и, следовательно, действительную состязательность в судебном разбирательстве для активной защиты своих законных интересов (Решение Конституционной палаты от 21 февраля 2014 года).

Отмеченное выше конституционное положение находит своё развитие в соответствующих нормах уголовно- процессуального законодательств а. Так, согласно частям 1, 3 и 4 статьи 18 УПК уголовное судопроизводст во осуществляется на основе равнопр авия и состязательности сторон обвинения и защиты. Суд, сохраняя объектив ность и беспристрастность, создает равные условия для осуществления сторон ами их процессуальных прав и обязанностей. Стороны, участвующие в уголовном судопроизводстве , равноправны. Суд основывает процессуальное решение лишь на тех доказательствах, участие в исследовании которых на равных основаниях было обеспечено каждой из сторон.

Вместе с тем, конституционное установление о б осуществлении судопроизводства на основе состязательности и равенства сторон предполагает необходимость обесп ечения равенства процессуальных возможностей именно противоборствующим сторонам – участникам од ного судебного процесса. В этом смысле оно направлено на то, чтобы наделить обе

стороны равными процессуальными возможностями и средствами, при помощи которых каждая из них сможет отстаивать свою позицию и оспаривать утверждения противной стороны, что позволит, в конечном счете, достичь объективного и справедливого судебного акта.

Из вышеизложенного следует, что установленный оспариваемой нормой дифференцированный подход к рег улированию вопроса обжалования постановления следственного судьи , где такое право предоставлен о только подозреваемому, обвиняемому, их адвокатам, прокурору, а также л ицам, на имущество которых наложен арест, за исключением потерпевшего и его адвоката, не имеет конституционн о значимых оснований, соответст венно, противоречит Конституции Кыргызской Республики.

Конституционный суд Кыргызской Республики отмечает, что реализация конституционных гарантий о праве на судебную защиту и принципа состязательности и равноп равия сторон может считаться полноценной только тогда, когда потерпевшая сторона и его закон ные представители, чьи права и свободы непосредственно затрагиваютс я актом следственного судьи, будут обладать правом на обжалование его постановления.

Учитывая, что вопрос восполнения объема прав потерпевшего на стадии досудебного производства не терпит отлагательства, Конституцион ный суд считает, что до приведения оспар иваемой нормы в соответствие с Конституцией, правоприменительные органы обязаны предоставить потерпевшей стороне право обжалования постановления следственного судьи в апелляционном порядке на основ е Конституции и настоящего Реше ния Конституционного суда Кыргызской Республики.

На основании вышеизложенного, ру ководствуясь пунктом 2 части 2, частями 4 и 5 статьи 97 Консти туции Кыргызской Республики, стат ьями 48, 49, 52 и 53 конституционного Зако на «О Конституционном суде Кыр гызской Республики», Конституционный суд Кыргызской Республики

РЕШИЛ:

1. Признать часть 4 статьи 397 Уголовно-процессуального кодекса

Кыргызской Республики противоречащей части 2 статьи 24, части 1 статьи 61, части 3 статьи 100 Конституции Кыргызской Республики, в той мер е, в которой не содержит право обжалов ания потерпевшим постановления следственного судьи в порядке апелляции.

2. Кабинету Министров Кыргызской Республики инициировать в

действующее правовое регулирова ние изменения, вытекающие из пра вовой позиции мотивировочной части настоящего Решения.

3. До приведения части 4 статьи 397 Уголовно-процессуального кодекса

Кыргызской Республики в соответствие с настоящим Решением непосредственно применяются Конст итуция и Решение Конституционн ого суда.

4. Решение окончательное и обжалованию не подлежит, вступает в силу

с момента провозглашения. 5 . Р е ш е н и е о б я з а т е л ь н о д л я в с е х государственных органов, органо в местного самоуправления, должност ных лиц, общественных объедине ний, юридических и физических лиц и подлежит исполнению на всей терр итории республики.

6. Опубликовать настоящее решение в официальных изданиях органо в

государственной власти, на официа льном сайте Конституционного с уда Кыргызской Республики и в «Вестнике Конституционного суда Кыргы зской Республики».

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД

КЫРГЫЗСКОЙ РЕСПУБЛИКИ